Die Welt (Германия): Путин, мастер эскалации

При последнем обострении кризиса на Украине расчет Путина вновь полностью оправдался: никаких последствий не было. Единственная реакция, которую понял бы шеф Кремля, так и не последовала.

Это надо уметь — создать новый театр военных действий, и чтобы это практически никого  не взволновало. Но Путину, мастерски доминирующему в любой эскалации, такое по плечу. Российский президент, вот уже несколько лет понукающий Западом, посылает канонерки в Керченский пролив, обстреливает и по-пиратски захватывает в международных водах украинские корабли, задерживает и отправляет в московскую тюрьму «Лефортово» раненых моряков и при этом кричит «Держи вора!». Якобы, не он —Путин — провокатор, а жертвы нападения. Он, агрессор, вновь предстает в роли пострадавшего. Но в «керченском инциденте» ни НАТО, ни ЕС и близко не было.

На сегодня вся хронология событий восстановлена поминутно, в том числе и российским публицистом Андреем Илларионовым. Определена правая ситуация в Керченском проливе на основе международного морского права и российско-украинского договора от 2003 года, гарантирующего доступ в Азовское море; опубликовано видео, показывающее, как капитан российского корабля таранит украинский; обнародованы и красноречивые, пересыпанные матом радиопереговоры между российским кораблем и вышестоящим начальником.

Путинский расчет вновь оправдался: протесты если ли вообще есть, то вялые, обе стороны призывают к деэскалации, проводится политика равноудаленности в инциденте, в котором на этот раз все однозначно. Путин смог даже похвалить своих солдат за «примерную дисциплину», а министр иностранных дел Лавров посмеяться над новым «санкционным театром».

КонтекстPew Research Center: отношение к Путину и России ухудшается?Pew Research Center08.12.2018Fronda: польский генерал учит жестко действовать против Путинаfronda.pl07.12.2018FP: готовы ли Путин и бен Салман сделать еще раз «дай пять»?Foreign Policy07.12.2018La Jornada: Мадуро просит Путина о помощиLa Jornada07.12.2018

Реакция, которую Путин понял и воспринял бы серьезно, не последовала: немедленная остановка работ по газопроводу «Северный поток — 2», которым он хочет обойти Украину и доходами от которого может финансировать свои авантюры. Но этого немецкое правительство, которое в иных ситуациях считает, что со многим может справиться, сделать не в состоянии.

Якобы «Северный поток — 2» — частное коммерческое предприятие. Этого не могут понять другие страны ЕС, от которых требуют участвовать в санкциях. Недооценивается и здешняя публика, которой пытаются внушить мысль о безобидности зависимости от российского газа. В то время как Россия ведет войну с Украиной, строительство газопровода продолжается. Несколько удивил момент, в который произошел «керченский инцидент». В Киеве и других местах отметили пятую годовщину Майдана, состоялись памятные мероприятия по поводу Голодомора 1932/33 годов. Возможно, в выборе времени для инцидента определенную роль сыграл и саммит G20 в Буэнос-Айресе.

Вообще-то, со времени оккупации Крыма можно было бы и привыкнуть к путинскому стилю — быстрому и совершенно внезапному нападению, виртуозной хореографии, в которой прекрасно сочетаются планирование и импровизация.  Момент был действительно неожиданным, но то, что это случится рано или поздно, было ясно с тех пор, как российская сторона практически блокировала доступ к Азовскому морю, к важным украинским портам — Мариупольскому и Бердянскому.

Сначала был построен Керченский мост, демонстративно открытый Путиным в костюме дальнобойщика 16 мая этого года и ставший при высоте пролетов в 33 метра препятствием для крупных судов. Затем начались досмотры торговых судов, те стали скапливаются перед мостом и теперь из-за длительного времени ожидания больше не заходят в украинские азовские порты.

Вид на Керченский пролив с набережной в КерчиБлокада портов — дело нешуточное. Каждый, кто приезжает сюда, может в этом убедиться. Мариуполь — город, где расположен один из самых крупных металлургических комплексов Европы — комбинаты имени Ильича и Азовсталь. В Бердянске находится военно-морская база. В результате российской агрессии Мариуполь с его сталеплавильной промышленностью и портом окружен с двух сторон: на севере — контактной зоной с Донбассом, занятым так называемыми сепаратистами (то есть фронтом), на юге — мостом между материковой Россией и Крымом.  Перекрытие пролива мостом — ничто иное, как превращение до сих пор открытого моря в российское внутреннее, грубое нарушение целостности украинской территории, продолжение присвоения земель, расширение театра военных действий.

Война, ушедшая из зоны внимания европейцев под впечатлением от кризиса с беженцами, брексита и сирийской войны, вновь вернулась. Более десяти тысяч человек погибли на ней с 2014 года, десятки тысяч были ранены, более миллиона человек стали внутренними беженцами, один из европейских промышленных центров превращен в руины.

Сначала Крым, затем Донбасс, теперь Азовское море, почему бы следующей целью не стать Одессе? (предложение в оригинале не закончено — прим. перев.) А там рукой подать и до Черного моря, которое в России считают русским Средиземным. Чтобы это понять, не нужно демонизировать Путина, а тем более Россию, в чем нас пытаются обвинить немецкие апологеты Путина. Он никогда по-настоящему не признавал независимости Украины, ему нужна дестабилизация Украины, не желающая плясать под его дудку.  Он хочет ее краха, чтобы оттянуть свой собственный.

Но возможно и то, что он, гениальный виртуоз, не такой уж и хозяин положения, но главное, что эскалация будет продолжаться. Видный российский экономист и политолог Андрей Илларионов сформулировал тезис о том, что речь на самом деле идет не о Мариуполе и не о Бердянске, а о чем-то совершенно другом и намного более важном.

Засушливый по геологическим, гидрологическим и климатическим причинам Крым полностью зависит от снабжения водой. Она доставляется сюда по проложенным в 50-е годы каналам из низовьев Днепра и его водохранилищ. Это великолепная система сооружений, преодолевающих значительные перепады высот. Занимать Крым, не имея доступа к жизненно важной для него воде, было с самого начала бессмысленно. Это опровергает и часто повторяемую Путиным и его сторонниками сказку о «Крыме как о подарке», сделанном Украине Хрущевым в 1954 году. После Второй мировой войны Крым в результате, нанесенных немцами разрушений, убийства крымских евреев, массовой депортации местного татарского населения Сталиным представлял собой разоренную, опустошенную землю, восстановление которой  было едва ли по силам освобожденной Украине.

МультимедиаМост наш!Der Spiegel16.05.2018Один-ноль в пользу РоссииИноСМИ15.05.2018

Опубликованные сейчас протоколы заседаний, на которых принималось решение о присоединении Крыма к Украинской CCР, доказывают, что лишь под большим давлением удалось принудить Украину взять на себя эту задачу, центральное место в которой отводилось решению проблемы водоснабжения. Теперь Путин сам стал жертвой своих сказок и лживых измышлений.

Действительно, можно было построить самый длинный мост в Европе (19 километров) от материка до Крыма, но по нему туда не доставишь воду, от которой зависит благополучие, да и вообще выживание крымского полуострова.  Андрей Илларионов пишет в своем анализе: «Осаждать и штурмовать Мариуполь, неплохо укрепленный полумиллионный город в Европе — это все же не брать сирийский Алеппо, такое «удовольствие»» Путину вряд ли нужно. Да и вообще — зачем ему теперь Мариуполь и Бердянск в Азовском мешке, плотно задраенном, как мы теперь уже убедились, Керченским мостом-плотиной? Незачем.

А что ему может быть в этом районе нужно? И зачем он все же действительно концентрирует в Азовском море огромную десантную флотилию, а в Приазовье и Крыму — отборные войска? Для какой операции? Ему нужен не Бердянск (сам по себе). И не Мариуполь. Которые, похоже, служат сейчас неплохой маскировкой для отвлечения от настоящей цели. Ему нужен Таврийск. Новая Каховка. Плотина Каховской ГЭС. Исток Северо-Крымского канала. И, естественно, все его русло — вплоть до Перекопа». 

Но какие бы задние мысли не владели Путиным, дела с его популярностью обстоят неважно. Люди спрашивают все чаще, почему есть деньги на войну в Сирии, на финансирование сепаратистов в Донбассе и на Крым, но нет денег на пенсии, школы, больницы, для преодоления распада инфраструктуры в этой огромной и обширной стране. Света в конце туннеля не видно, если отвлечься от блестящих столиц. В то, что застой и даже сокращение экономики вызваны скорее санкциями, чем блокированием давно назревших реформ коррумпированным и клептократическим аппаратом, верит все меньше людей даже в стране, где людям круглосуточно вдалбливают  в головы образы врагов и страх перед войной. Но Путин однажды, а именно зимой 2011/12 года, когда сотни тысяч возмущенных махинациями на выборах людей вышли на улицу, уже показал, что необходимо делать при недостатке легитимности: нужны враги, Запад, пятая колонна внутри страны, победа в развязанной войне.

Но и такие нарративы действуют не вечно. Мобилизационный эффект от них рано или поздно проходит, если постоянно не повышать дозу патриотически-шовинистского дурмана.  Тому, кто хочет это понять, нужно в течение всего одной недели включать московские телеканалы и посмотреть на таких ксенофобов и милитаристов, как Владимир Соловьев.

Кажется, что на Западе больше беспокоятся о введении военного положения в пограничных областях Украины, чем о войне России против Украины. Но парламент в Киеве отверг первоначальное требование Порошенко и ограничил военное положение 30 днями, чтобы начать предвыборную кампанию, как было предусмотрено ранее. Поэтому выборы состоятся, и их исход в отличие от путинской «суверенной демократии» неизвестен.

В ЕС наблюдается своего рода усталость от Украины. Тоска по привычным повседневным делам   берет верх. Не хочется ничего слышать о войне «где-то там внизу», всего в двух часах лета от Берлина. Люди из «Альтернативы для Германии» и депутаты от партии «Левых» в качестве наблюдателей на выборах разгуливают по Крыму и оккупированному Донбассу. Непреклонные сторонники вышедшей в тираж Новой Восточной политики предостерегают от «рецидивов холодной войны», в то время как уже давно идет путинская горячая война. Герхард Шрёдер, после патриарха номер два в протокольном списке гостей на церемонии инаугурации в Кремле, может уже готовиться к самой успешной сделке его жизни — открытию «Северного потока — 2». А вот кровь проливать будут другие.

Украина зажата в клещах Путина, но Запад хочет лишь «деэскалации».

Автор статьи Карл Шлёгель (70 лет), историк, специалист по Восточной Европу и публицист, специализирующийся на истории современной России и сталинизма. Недавно вышла его книга «Советский век. Археология исчезнувшего мира» (Das sowjetische Jahrhundert. Archäologie einer untergegangenen Welt).

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.